ivlae (ivlae) wrote,
ivlae
ivlae

Category:

Балет Кировского театра 1970-х -90-х годов. Ольга Ченчикова и Марат Даукаев

Супружеская пара Ольга Ченчикова и Марат Даукаев пришли в театр по приглашению Олега Виноградова, в 1977 году. Как говорил балетмейстер, театру не хватало классных балерин. Поговаривали, что Даукаева взяли «в придачу» к жене. Оба утверждения очень спорны. Балерин в Кировском всегда было много, просто не со всеми у Виноградова сложились нормальные отношения. А Даукаев показал себя блестящим танцовщиком, несмотря на не самые классические пропорции тела.

Как бы там ни было, но Ольга Ченчикова стала получать главные партии и в классике, и в современных балетах. Танцевала она в основном с Даукаевым, но иногда выходила на сцену и с другими партнёрами. И Марат тоже частенько танцевал с другими балеринами. И всё же они очень хорошо танцевали именно в паре.

 

Ольга Ченчикова станцевала «Собор Парижской богоматери» в постановке Ролана Пети. Первый спектакль отдали Мезенцевой, но и Ченчикова по праву считалась участницей премьеры. Были они совсем разные, эти две Эсмеральды. В трактовке Ченчиковой героиня балета представала роскошной женщиной, источавшей какую-то эротическую ауру. Если Эсмеральда Мезенцевой искушала мужчин, зачастую не ведая того, то героиня Ченчиковой, напротив, ощущала на себе внимание сильного пола, и это ей нравилось. Возможно, я увидела то, что балерина на самом деле вовсе не хотела играть…

 

 Ченчикова по меркам труппы конца 70-х годов считалась очень высокой (кажется, её рост – 172 см) и тяжёлой (говорили, что она весит 56 кг). Не знаю, насколько верны эти цифры… Но, что греха таить, поднимали её партнёры с усилием. Даукаев в глазах балетоманов просто был героем, так как его рост был далеко не самым большим. Кроме Даукаева, её партнёрами были Константин Заклинский, Эльдар Алиев и Евгений Нефф. В частности, я видела первое «Лебединое озеро» Ченчиковой именно с Неффом. Была разочарована… Партнёр старался изо всех сил, но героиня его как будто бы и не замечала. Ольга Ченчикова танцевала этот балет в очень плотной белой «пачке»,  чёткой «воронкообразной» формы. Как ни странно, но мне кажется, что этот костюм был ключом к образу Одетты. Её героиня не была нежной, трепетной царевной-лебедью. Движения были лаконичны, позы устойчивы. Наконец, внешние данные балерины диктовали образ, далекий от традиционных ленинградских Одетт. Кажется, Анна Киселгофф, известная американская «критикесса», после гастролей труппы в США назвала её героиню «женщиной, плывущей вне времени и пространства».  Когда партнёром (а потом - и мужем) балерины стал Махар Вазиев, Ченчикова стала танцевать «Лебединое озеро» немного по-другому. По крайней мере, я видела два-три спектакля этой пары уже в 90-е годы, и Одетта у Ченчиковой была уже более нежной.

Немного хочу сказать о технической оснащённости этой балерины. Как у многих учениц Людмилы Сахаровой, у Ченчиковой были очень хорошие вращения и прыжок. Мне она очень нравилась в «Пахите», где технический блеск балерины был весьма кстати. В «Теме с вариациями» Баланчина Ченчикова блестяще проводила коду. Сравнение с участницами первых спектаклей Асылмуратовой и Лежниной явно было в пользу Ченчиковой. Правда, в знаменитом адажио она им уступала…

По иронии судьбы, я ни разу не видела «Дон Кихота» с Ченчиковой. Говорят, это был её спектакль. Впрочем, не всем она нравилась и в этом балете.

Я видела её Раймонду (в редакции Григоровича), Аврору, Медору, Никию и Гамзатти. По-моему, Гамзатти была ей ближе, чем Никия. Впрочем, и у этой роли были критики. Ченчикову многие недолюбливали именно из-за какой-то холодноватой манеры танца, отсутствия полутонов, которые,  в конце концов, и считаются признаком хорошей ленинградской (петербургской) школы. Многие критиковали её Аврору именно из-за очень крупных габаритов и слишком темпераментного танца. Может быть, дело было и не в росте балерины, а в выучке…

Получив серьёзную травму ноги, Ольга Ченчикова чуть ли не в сорок лет ушла со сцены. Мне казалось, что она будет танцевать очень долго. Возможно, на решение уйти со сцены повлияло то обстоятельство, что муж Ченчиковой Махар Вазиев стал художественным руководителем балетной труппы, и балерине представилась возможность попробовать себя в роли репетитора. К тому же подрастала дочь, которой надо было тоже уделять внимание.

В последний раз я видела Ольгу Ченчикову на сцене на премьере балета «Гойя-дивертисмент» в постановке Хосе Антонио. До дня премьеры она несколько месяцев не выходила на сцену, и вот  вышла в совершенно прелестном костюме, на каблучках. Роль называлась, кажется, «Пара с зонтиком» (есть такая картина у Гойи – «Зонтик», и артисты были одеты как персонажи этой картины). Собственно танца у Ченчиковой почти не было. Но встретили её оглушительными аплодисментами. Мне показалось, что балерина очень растрогана…

По семейным обстоятельствам, я не попала на бенефис балерины, посвященный 20-летию её творческой деятельности. Было это в 1994 году. Мои знакомые особо выделили номер Евгения Панфилова «Берлинский реквием», где Ченчикова совершенно неожиданно предстала в гротесковой роли немецкой фрау, в чём-то похожей на Марлен Дитрих времён «Голубого ангела»…

Ольга Ченчикова не относилась к числу моих любимых балерин. Может быть, поэтому я так беззаботно пропускала спектакли с её участием (ну, успею ещё – так мне тогда казалось). Только с годами я стала ценить эту балерину. Впрочем, так часто бывает, и не только в балетоманской среде. Сейчас, когда я наблюдаю на сцене Мариинского театра молодых танцовщиц, волей-неволей сравниваю их с «техничкой» Ченчиковой. Сравнение часто в пользу последней…

 

Марат Даукаев, напротив, был одним из моих любимых артистов. Внешние данные  его с большой натяжкой можно было считать подходящими для классических балетов. Но, тем не менее, он танцевал Дезире, Зигфрида и Альберта. Был он и Принцем в «Золушке», и Солором, и, конечно, Базилем. Говорят, что как-то даже бисировал вариацию в па-де-де 4 акта. Асылмуратова дебютировала в «Дон Кихоте» именно с Даукаевым. Балетоманы шутили: «После Ольги Алтынай для него – просто пушинка!»

Лично мне Марат Даукаев нравился в современных балетах. Танцевал он Царевича каджей в «Витязе в тигровой шкуре», Османа в «Асият». Но мне больше всего запомнился в двух ролях: Клода Фролло в «Соборе Парижской богоматери» и Друга в «Паване мавра».

Клод Фролло, по-моему, очень выигрышный персонаж балета Пети. Я видела в этой роли Аркадия Иваненко, и он нравился мне своей двуликостью, лицемерием. У Даукаева с первых минут появления на сцене Фролло боролся с искушением. Он боролся с ним неистово, даже отчаянно. Как это часто бывает с отрицательными персонажами, его герой вызывал сочувствие. Мне вообще очень нравился этот балет; роль Клода Фролло, как мне кажется, поставлена балетмейстером интереснее, чем роль того же Феба.

Настоящим откровением для любителей балета стала «Павана мавра» Хосе Лимона, поставленная на музыку Перселла. Балет этот очень хорошо известен сейчас. Но в 80-е годы, когда состоялась премьера в Ленинграде, лично мне балет показался  каким-то прорывом в неизведанное. Разыграть историю Отелло, танцуя павану, казалось бы, просто невозможно. Но артисты ленинградских театров продемонстрировали настоящее драматическое мастерство. Спектакль давали на вечере балета в Оперной студии консерватории. Танцевали Никита Долгушин – Мавр, Елена Евтеева – Жена Мавра, Марат Даукаев  - Друг, Габриэла Комлева – Жена Друга. Это был выдающийся (не люблю слово «гениальный») состав. Каждый артист – личность, гордость ленинградского балета…. Даукаев среди партнёров был наименее титулованным и известным.

Как же танцевали участники спектакля?  Никита Долгушин (тогда ему было около 50 лет) предстал перед зрителем наивным, нежным Отелло. Елена Евтеева, всегда славившаяся лирическими образами, и здесь просто излучала свет. Её Дездемона была сама любовь. Прекрасно сыграла Габриэла Комлева! Их дуэт с Даукаевым заставил зрителей взглянуть на балерину с какой-то новой стороны. Где ещё в балете сыграешь стерву? Правда, в конце спектакля раскаяние Жены друга (она же – Эмилия) было весьма искренним… Даукаев сыграл Зависть – именно так, с большой буквы. В его герое всё время чувствовались комплексы человека, чего-то недополучившего в жизни. Он смотрел в глаза Мавру с такой искренностью, что казалось – его герой был готов отдать жизнь за друга! Он сочувствовал горю обманутого мужа, буквально сгибался перед ним, заглядывая в его глаза. В общем, в небольшом спектакле перед нами предстала история любви,  предательства, обмана и раскаяния.

После этого спектакля Марат  Даукаев стал лично для меня одним из  самых любимых артистов балета. Реакция зала на поклонах была ураганной. Публика аплодировала, конечно, восторженно всем участникам. Тем ценнее стала овация, которую получил Даукаев – едва ли не самая громкая.

Марат Даукаев ушёл со сцены как-то незаметно. Я даже не помню, когда он станцевал свой последний спектакль. После разрыва с Ольгой Ченчиковой он иногда продолжал танцевать с ней, потому что балерине было сложно найти партнёра. Говорили, что один из таких спектаклей, а именно «Пахита», состоялся буквально после скандала, который наблюдала вся труппа… Приказом директора пара как ни в чем не бывало вышла на сцену, чтобы пропеть гимн любви!

Не знаю, насколько это правда, насколько – вымысел.

И ещё. У этой супружеской пары был сын, который умер в дошкольном возрасте от порока сердца. Это известие шокировало всех, кто хоть как-то был причастен к театру. Случилось это уже тогда, когда артисты разошлись, и у каждого была своя личная жизнь…

 
Ольга Ченчикова - "Пахита"

Марат Даукаев - Зигфрид ("Лебединое озеро")


Марат Даукаев - Дженнаро ("Неаполь")
 
Tags: Даукаев, Ченчикова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments