ivlae (ivlae) wrote,
ivlae
ivlae

Category:

Книга Томаса Фогта "Тенор". Дубль двадцать девять.

Интересная глава - "Беседа с Юргеном Кестингом", в которой есть критика певца :)

Беседа с Юргеном Кестингом: »Идеал для сломанных характеров«

»Для звания «Топ-тенора мира» сегодня нет более подходящего кандидата, чем Йонас Кауфманн«. Это написал, задолго до того как Кауфманн был увенчан званием »Новый король теноров«, британский эксперт вокала Джон Стене (John Steane). В четырехтомном издании дела всей его жизни »Великие певцы« 2008 года Юрген Кестинг опубликовал высказывание Стене о Йонасе Кауфманне; при всем том, в то же самое время он очень критически прокомментировал первый сольный оперный диск Кауфманна »Romantic Arias«.

Первая часть последующего интервью велась в 2010 году для первого издания этой книги, вторая часть - осенью 2014 года для нового издания.

Господин Кестинг, »топ-тенор мира« - не завысил ли свою оценку обычно такой строгий Джон Стене?

По артистической квалификации, и по рыночной стоимости Кауфманн принадлежит к лучшим тенорам, которые есть сегодня. Он высоко-музыкальный певец, интереснейший исполнитель, выдающийся артист. И в каждом случае он показывает свой потенциал для того, чтобы называться "новым королем теноров". Но я думаю, что высказывание Стене прежде всего нужно воспринимать как дань уважения к певцу. Я думаю, что для Стене все эти превосходные степени, все эти ранжиры и рейтинги так же мало значат, как и для меня.

Как должно было бы идти дело в лучшем из оперных миров, чтобы Кауфманн мог бы полностью израсходовать свой потенциал?


В идеале в театре, как на его записях, он должен был бы иметь дело только с теми профессионалами, которые точно знают, что его голос сегодня может выдержать, и что он будет делать в ближайшие пять или десять лет; он должен был бы меньше заботиться о пиаре или "рынке", и мог бы полностью сконцентрироваться на ролях, в которых он мог бы целиком раствориться - как в Доне Хозе в "Кармен". Вы знаете лондонскую продукцию, которая есть на DVD? В целом ничем не примечательная инсценировка, но последняя картина - захватывающая. Кауфманн выглядел так, как будто бы он три дня спал под мостом, и в нём накопилась огромная ярость. За последние пятьдесят лет такую же волнующую финальную сцену, как у него, я наблюдал только у Джона Викерса.

Видите ли Вы в нём наследника Викерса?

Вокально - нет, но артистически - каждый раз. Кауфманн в моём понятии - идеальное воплощение сломанного характера: Макс и Флорестан, Хозе и Тангейзер, Зигмунд и Питер Граймс.

Вокально он схож с Викерсом в двух вещах: в широком баритональном фундаменте и в тенденции в пассажах в переходной области между серединой и головным звуком переключаться с полного форте на "дышащее" пиано; так, как в верхнем С в каватине Фауста, звучать как фальцет. В его записи лирических партий мне не хватает связи, середины между форте и пианиссимо, mezzavoce, или, по-французски, voiх mixte (смешанный голос). Иногда он действует демонстративно, так, как будто бы он хочет доказать, что он при своём баритональном фундаменте и при своём драматическом темпераменте может свободно звучать также лирически и нежно.

Но я часто спрашиваю себя, не испытывает ли он при этом проблем с техникой пения. В арии певца в "Кавалере розы" - я был на открытии фестиваля в Баден-Бадене - каждый раз было отчётливо слышно, что он прикладывает большие усилия, чтобы звучать в passaggio легко и тонко.

Эту критику Вы сформулировали уже после первого его сольного диска «Романтические арии»

Потому что меня эти фальцетные пиано, при всём моём восторге от большого художника, снова и снова "тормозили". Я слышал его лет десять назад в записи "Vampyr" Marschner: необычайно красивый лирический голос, "воплощение лирического немецкого тенора" - подумал я. Потом уже были записи на DVD, где голос звучал уже гораздо тяжелее и темнее, и можно было наблюдать большого артиста. Но, как ни странно, он оставался для СМИ относительно незаметным. Только после его дебюта в Мет, когда он получил эксклюзивный контракт с Decca, я подумал: наконец-то он совершил "прорыв". И я беспокоился за его первый сольный диск. К сожалению, этот диск не стал совсем таким, каким он мог бы быть при лучших условиях: портретом исключительного певца.

Это касается, во-первых, программы: Кауфманн должен был презентовать, по-видимому, репертуар "лирического тенора", пресловутого "любовника" - от "Ach, so Fromm" до "Che gelida manina". Лучше и символичнее было бы взять менее популярную программу, чтобы показать его необычайные возможности. То есть – больше "характера" вместо «концерта по заявкам». И я убежден, что такой альбом при соответствующем пиаре был бы раскуплен ещё лучше, чем это собрание теноровых шлягеров. Во-вторых, всё можно было бы более тщательно спродюсировать. При такой "визитной карточке" от производителя требуется, чтобы его артисты снова и снова предлагали бы особенные, "незаезженные" произведения; так когда-то делал Walter Legge.

Всё это приводит меня к третьему выводу: почему он должен записываться в студии, почему - не в живых концертах? Я уверен в том, что Кауфманн "живьем" может звучать гораздо лучше, чем в записях, более оживлённо и спонтанно. Но впечатление остаётся именно таким: потенциал певца, который поёт под давлением сроков и для достижения успеха, гораздо больше, чем тот, о котором можно судить только по записям.

А как Вам понравился его второй оперный сольник, "Sehnsucht"?

Гораздо больше. Во многих отношениях он удался. Небольшие возражения могут быть по поводу упоминавшегося "переключения" на "piano subito". В настоящее время я не знаю такого певца, который пел бы Флорестана, Фьерабраса, Лоэнгрина, Зигмунда и Парсифаля так, как Кауфманн. Или возьмите его Вертера: кто сейчас может так нюансировать и дифференцировать эту партию, как Кауфманн в той парижской постановке Benoit Jacquot и Michel Plasson?

Есть еще один заметный «пробел» в его французском репертуаре – Гофман

Чисто актёрски эта партия была бы идеалом, и с героической частью он, вероятно, вокально бы справился. Труднее обстоит дело с таким местом, как "O Dieu! De quelle ivresse", с которым ничего не получится без voix mixte. Я бы ему посоветовал позаниматься с Николаем Геддой, или послушать записи Гедды или Жобина.

Возможно ли ещё сегодня играть в топ-лиге оперного мира, и, несмотря на это, оставаться безупречным в художественном плане?

Мы все знаем, что может происходить с певцами, которые стоят в первой линии, и которые зависят от рынка. Но мы также знаем пример Доминго: певец, который десятилетиями принадлежит к мега-звездам, и, "несмотря на это", остается значительным художником. Нет, я всё же думаю, что можно объединить популярность и художественную целостность, даже в нынешние времена. Возможно, это утопия. Но не надо отказываться от всех утопий.

Господин Кестинг, с нашей последней беседы прошло почти пять лет. Я предполагаю, что Вы продолжили следить за карьерой Йонаса Кауфманна , и продолжали слушать его записи.

Он непрерывно развивает свой потенциал, его пение стало ещё более отточенным и красивым - послушайте его альбомы Vagner и Verdi, из которых оба впечатляют. В сцене Зигфрида во втором акте, так называемой Waldweben («лесной»), он идеально воплощает то, чего хотел Вагнер: слияние декламации и пения. Слова лежат на звуке, речитативы звучат у него так красиво и свободно, как будто бы это мелодия, и в то же время понимаешь каждое слово. Это как раз не речевое пение, которого некоторые вагнеровские певцы боятся, а quasi ein Parlando cantante («почти речевое пение» - мой вольный перевод с итальянского), абсолютно безусильное, и при этом очень выразительное. Также в альбоме Верди есть много замечательных, иногда просто волшебных моментов. Я отношу к ним две фразы в "Celeste Aida": спетая на одном дыхании реприза-pianissimo и в конце арии. Кауфманн поет таким образом, как это отмечено у Верди, а именно »morendo«, и это при том, что качество звука просто упоительно. Также экстремально требовательная ария Альваро и сцены из Отелло показывают его думающим певцом, который, очевидно, очень точно услышал великих интерпретаторов этих ролей, и учился у них.

А каким было Ваше живое впечатление от его ролей в операх Верди?

В »II trovatore« и »La forza del destino« я, к сожалению, не слышал его вживую, но слышал в новой постановке »Дона Карлоса« Петера Штайна на Зальцбургском фестивале в 2013. Кажется, в этой опере не так часто бывает, что титульная фигура - это также центральная фигура вечера. Все же, в Зальцбурге это так и было. Кауфманн был невероятен в своём присутствии на сцене, и он великолепно показал героя с невротичным характером, а также импульсивную вспыльчивость титульного персонажа. Некоторые фразы остались в моей голове как акустические образы, как будто удары молота по наковальне. Кауфманн может петь с экспрессивной плотностью и интенсивностью, которая очень необычна. И это больше чем то, что воспринимают как "экспрессивность", а именно - мышление и чувства в звуке.

Эти »мышление и чувства в звуке« должны в определённой степени наполнять того, кто поет песни Шуберта.

Ну... Поэтому я также был разочарован его записью "Зимнего пути". По сравнению с его оперными записями, которые показывают его как чрезвычайно опытного и искушённого музыканта, я нахожу его представление цикла эклектичным, оно кажется мне сборником цитат, интерпретацией «из вторых рук». То, что он спел цикл после этого во многих больших залах, которые не подходят для таких интимных вещей, вероятно, было данью сегодняшнему музыкальному бизнесу. Вечера песни перед двумястами зрителями больше не имеют смысла для организаторов. Это развитие, которое мы не можем повернуть обратно.

А как вы видите его альбом с теноровыми хитами Таубера и эры звукового кино?

"Этот альбом я могла бы дарить тысячу раз", сказал Элеонора Бюнинг в своем обзоре для Frankfurter Allgemeine, и я мог бы под этим подписаться. Хотя песня Кюннеке из "Жизни Шренка", на мой взгляд, является пограничной: это произведение для меня имеет оттенок странного великолепия, потому что нервы здесь обнажены до предела, и, возможно, это можно петь только с полной бутылкой, как это сделали Розваенге и Кауфманн. В хитах Легара, хитах эры звукового кино и шансона Кауфман продолжает традицию Таубера, Шмидта, Виттриша, Шока, Вундерлиха и Гедды. Для того, чтобы представить все эти вечнозеленые хиты «легкой рукой», нужно иметь большое мастерство, и он его имеет. Во время прослушивания также чувствуется, что все участники получили огромное удовольствие во время записи, что немаловажно для этого жанра. И не в последнюю очередь альбом показывает возможности Кауфманна на данный момент. Во всяком случае, я не знаю в настоящее время тенора, который мог бы постоянно предлагать такой широкий репертуар на этом уровне.

P.S. Воистину - у всех свои уши! Я считаю запись "Зимнего пути" шедевром :)


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments